ТОП 300

стрелкаНовые рассказы 51211

стрелкаА в попку лучше 7140

стрелкаБисексуалы 2158

стрелкаВ первый раз 2954

стрелкаВаши рассказы 2106

стрелкаВосемнадцать лет 4051

стрелкаГетеросексуалы 5684

стрелкаГомосексуалы 2652

стрелкаГруппа 8522

стрелкаДрама 501

стрелкаЖена-шлюшка 509

стрелкаЖено-мужчины 1331

стрелкаЖивительная влага 533

стрелкаЗапредельное 690

стрелкаЗолотой дождь 314

стрелкаИзмена 6341

стрелкаИнцест 6145

стрелкаКлассика 48

стрелкаКуннилингус 603

стрелкаЛесбиянки 3377

стрелкаМастурбация 480

стрелкаМинет 8134

стрелкаНаблюдатели 4740

стрелкаНе порно 449

стрелкаОстальное 585

стрелкаПереодевание 593

стрелкаПикап истории 223

стрелкаПо принуждению 7858

стрелкаПодчинение 3891

стрелкаПожилые 513

стрелкаПоэзия 976

стрелкаПушистики 99

стрелкаРассказы с фото 67

стрелкаРомантика 3501

стрелкаСвингеры 1775

стрелкаСекс туризм 206

стрелкаСексwife и Cuckold 890

стрелкаСлужебный роман 1689

стрелкаСлучай 7068

стрелкаСтранности 2112

стрелкаСтуденты 2196

стрелкаФантазии 2286

стрелкаФантастика 886

стрелкаФемдом 212

стрелкаФетиш 2499

стрелкаЭкзекуция 2552

стрелкаЭксклюзив 151

стрелкаЭротика 792

стрелкаЭротическая сказка 1989

стрелкаЮмористические 1033

Марина: Возвращение домой
Категории: Минет, По принуждению, Подчинение, Эротическая сказка
Автор: Китти
Дата: 30 августа 2017
  • Шрифт:

Картинка к рассказу

Меня зовут Марина. Мне 35 лет, так что уместнее было бы «Марина Андреевна», но я никогда не любила формальностей. Сегодня я расскажу одну интересную историю, надеюсь, она вам понравится.

Так уж вышло, что я не замужем до сих пор. И это не потому, что я такая уж уродина. Напротив, многие считают, что я красива — той классической красотой, что была присуща женщинам в середине двадцатого века. Я высокая, с крутыми бедрами, густыми бровями, полными чувственными губами и большими карими глазами. Лицо мое с выраженными скулами и мягким круглым подбородком не похоже на личико куколки, но многие находят его интересным. Главным недостатком своего тела я всегда считала склонность к полноте, но природные данные и дисциплина позволили держать форму. В итоге меня сравнивают с Кристиной Хендрикс, говоря, что женщина должна уметь быть сексуальной, не превращаясь в тонкую веточку. Я достаточно стройна, чтобы не быть толстой, но достаточно крупна, чтобы изгибы тела приковывали к себе мужские, да и не только мужские взгляды. Грудь четвертого размера, думаю, тому способствует.

И вот, обладая всеми этими несомненными достоинствами, а вместе с ними и неплохой прибыльной работой в Москве, я дожила до 35 лет, не выйдя замуж и не нажив слишком уж много друзей. Меня подобный расклад не сильно печалил. В Москве лучше не заводить друзей. Однако настал тот день, когда пришлось возвращаться в родную провинцию. Городок в глубоком Подмосковье я старалась вытравить из памяти, ибо ничего интересного и приятного детство и юность после себя не оставили. И все же пришлось туда вернуться.

Старые улицы с потрескавшимся асфальтом и искрошенными бордюрами встретили солнечным днем ранней, еще теплой осени. Я въехала в город на «Шевроле Тахо», и подсознательно хотелось усмехнуться. Когда-то давно я уезжала на автобусе. Знакомые дороги, знакомые дома... Я добралась до родного района на окраине быстро, словно и не было всех тех лет, за которые город мог поменяться. Четыре хрущевки окружали бывший пустырь, на котором, словно церковь, стояла наша многоэтажка в окружении газонов и пары деревьев, уже начинавших желтеть. Соседские окна отразились в зеркале заднего вида солнечными зайчиками. Я завела машину во двор и пристроилась рядом с чьим-то «Нисаном».

Когда-то эту квартиру оставили нам с братом родители. Но сейчас они доживали свой век в деревне, в большом частном доме. А брат умер, совсем недавно, и теперь двухкомнатные хоромы принадлежали только мне. Надо было походить по нотариусам, уладить формальности. Потом я собиралась квартиру продать. Собственность в провинции мне ни к чему. Я даже на похороны не приехала. С родней я порвала в свое время так же решительно, как с самим городом. Может, поэтому я и осталась одна до сих пор...

Квартира оказалась умеренно чистой: покойный братец явно не закончил свои дни нищим алкоголиком. Я открыла замок своим ключом и обошла все комнаты. В последний раз я была здесь еще школьницей, но изменилось немногое: новый диван, новая плита на кухне, новое зеркало в прихожей. Что ж, все в хорошем состоянии. Легче будет продать. Распаковав чемодан, я отправилась в душ и освежилась. Предстояло ехать к нотариусу. Я выбрала широкий брючный костюм. Не люблю облегающую одежду, в ней всегда слишком выделяется то бюст, то моя пышная попа. И я выгляжу как девица со старых американских пинап-картинок. У зеркала я накрасилась яркой красной помадой и улыбнулась отражению. Густые русые волосы, достигавшие лопаток, я завивать не стала, хотя обычно люблю делать классическую прическу. Сегодня было не до того, и я просто расчесала их. Результат понравился: эффектная и роскошная женщина в самом расцвете сил, глядящая на отражение лукаво и спокойно. Я контролировала свой мир. Пора было идти по делам.

Лифт спустил меня на землю, и на выходе из подъезда ждала первая неприятность.

— Да бля! — громко ругался средних лет мужичок в белой футболке, украшенной пятнами от пота под мышками и на боках. Он был невысок, толстоват и лысоват. Типичный провинциальный косорыл. Стоял мужичок аккурат между стареньким «Нисаном» и громадиной моего «Тахо». Только теперь я заметила, что, припарковавшись рядом, я заблокировала второй машине выезд, поскольку стояла она у самого края дворовой дорожки. Вот почему в Москве делают стоянки... — Что за пидор, блядь, свой танк тут поставил?!

— Успокойтесь, — холодно сказала я. Он тут же обернулся и уставился злыми глупыми глазами. — Это моя машина. Я сейчас отъеду.

Ответил мужичок не сразу. Было видно, что не кого-то вроде меня он ожидал увидеть. Так и чувствовалось, что он хочет нервно сглотнуть, глядя на мою фигуру, хоть и не подчеркнутую в деловом костюме, однако все же вполне очевидную. Но вот, наконец, природное хамство взяло верх.

— Отъедет она... — пробормотал он. — Зачем машину так ставить? Неужели не соображаете?!

— Да успокойтесь уже... — бросила я и шагнула к своей машине.

— Чо успокойтесь?! — тут же взвился мужичок. — Мне на работу надо ехать! Что за люди пошли!

— Орать не надо, — я не хотела устраивать сцен, но попытки кричать или иначе давить всегда выводили меня из себя. — Тоже мне, нашелся...

— Слышь, ты вообще кто? — налет вежливости быстро слетел с него. Кривя толстые губы, мужичок упер руки в бока и посмотрел на меня. Я ответила холодным сдержанным взглядом, и ему это явно не понравилось. — Тоже мне, приперлась краля.

— Не твое дело, быдло, — бросила я, открывая дверцу.

— Ах ты, сука... — выдохнул он. — А ну вали отсюда! Жопой она тут виляет!..

Дальнейшей тирады я не слышала. Заведя мотор, я сдала назад и проехала мимо покрасневшего и шлепающего мокрым ртом провинциала.

Поездка к нотариусу прошла на удивление быстро. Не пришлось ждать, документы были уже готовы, оставалось только прочитать и расписаться. Люблю эффективность. Квартира переходила в мою собственность после того, как подписанные документы будут переданы в госорганы. Оставалось дождаться ответа от чиновников — самая скучная и ненадежная часть. Но в целом все прошло отлично.

Нотариус, седоватый мужчина с интеллигентной бородкой, каждые пять секунд сладко улыбался и уверял, что все будет сделано на «отлично». Я поощрительно улыбалась в ответ. Неплохое начало деловой поездки.

На обратном пути я заехала в магазин, купила продукты на ужин и направилась домой. Да. Теперь это действительно был мой дом... на какое-то время. Я надеялась, что не слишком надолго. Город уже начал пропитывать все своим провинциальным запахом: одежду, сиденье, даже меня саму. Я терпеть не могла возвращаться сюда. А уж люди... вспомнился корявый хам с «Нисаном». Надо поскорее уезжать.

В этот самый момент я услышала треск, исходивший из колонок. Что такое? Рука дернулась к панели магнитолы, но та была выключена. Треск, однако, становился все громче, и я притормозила у обочины.

— Ну... — невольно я надула губы, сердясь. — Начинается... только из сервиса же, что еще за проблемы?

Вдруг на фоне треска прозвучал ужасный, оглушительный писк. Как будто кто-то нажал кнопку и включил самый отвратительный звук на Земле. Я поморщилась и зажала ладонями уши, но писк не заглох. Он стал сильнее, и в висках застучала кровь. Голова разболелась, глаза заслезились, я потянулась к дверце, чтобы выйти наружу.

— Стоп, — я не сразу поняла, что с треском и механическим писком сливается голос. Странно знакомый голос.

— Да что за черт, — прошипела я. — радио с ума сошло, что ли?

— Это не радио, Мариш, — произнес тот же голос, и писк вдруг сделался тише. — Это я.

Меня как будто ударили под дых. Пальцы на ручке двери разжались, я посмотрела на мертвую магнитолу, оглянулась на динамики за задним сиденьем.

— Вадик?

Голос принадлежал моему мертвому брату.

— Я, Мариш, я, — теперь писка почти не было, только треск, сопровождавший каждое слово.

— Но ты же... — я не верила, что это говорю. — Ты же умер.

— А ты и рада? — скрежещущий смешок показался очень холодным, как будто смеялся робот.

— Нет, ты что... — я не знала, что сказать. Я сидела в машине и разговаривала с бестелесным покойником. — Но ты же, серьезно... мертвый!

— Всегда ты была туповатой, Маришка, — в голосе послышалась злость. — Красивой, но тупой. И наглой. Бросила нас и уехала в Москву.

— Вадик... — несмотря на утихший писк, у меня разболелась голова. Как будто странные звуки забрались прямо в мозг. — Ты чего? Зачем это все? Что происходит, ты где?

— Некогда, Маришка, некогда, — он снова издал тяжелый смешок. — Я просто решил поздороваться и предупредить.

— Что? — я принялась массировать виски пальцами. Голова болела все сильнее.

— Теперь, Маришка, ты не контролируешь ничего. Теперь я с тобой поиграю.

— Что за ерунда? — я закрыла глаза, пытаясь унять тамтамы в черепе. — Я брежу...

— Скоро все узнаешь, — пообещал мертвый Вадим. — И поплатишься за все.

В ту же секунду прекратился и треск, и писк. Но осталась боль. Я открыла глаза и пару раз моргнула. Мимо по улице проносились машины, по тротуару спешили прохожие. Стандартная хрущевка смотрела бельмами окон.

Боже мой... галлюцинации? Я что, сошла с ума? В зеркале заднего вида удалось разглядеть испуганные глаза. Радио было выключено. Все это послышалось?

— Ну ты даешь, Марина Андреевна... — прошептала я. — Ну ты даешь...

Неужели я, незаметно для себя и подсознательно, перенервничала из-за возвращения в дом покойного брата? И дошло до слуховых глюков... Могло быть и такое. Только что за бред мне послышался? «Ты не контролируешь ничего... поиграю... поплатишься... « Брат и впрямь не слишком тепло отзывался обо мне после того, как я порвала с семьей. Чувство вины довело меня до нервного расстройства? Да нет, я никогда не чувствовала себя виноватой.

Боль в голове мешала думать. Надо было сделать передышку. Доехать до дома, принять таблеток, полежать и, может быть, вызвать врача. Успокоить бешено стучащее сердце и стряхнуть с себя внезапно нахлынувший страх. Я повела «Тахо» медленно, опасаясь, как бы вдруг меня не дернуло. Голова все болела и болела.

Когда я добралась до двора, уже вечерело, солнце уже ласкало горизонт, но до настоящего заката было еще далеко. Головная боль стала совершенно невыносимой, глаза слезились, и я неловко въехала на дворовую дорожку. Впереди маячил все тот же «Нисан». Я неловко развернулась и припарковалась рядом с ним напротив подъезда.

Тут боль и сделала свое дело. За мгновение до полного торможения я услышала хруст. Легкий удар, и «Нисан» завизжал сигнализацией. Я ухитрилась впечатать бампер «Тахо» прямо в задницу чужой машине. Черт!

Я вяло выбралась из салона и посмотрела на место удара. Ничего серьезного, легкая вмятина. Но истеричный визг сигнализации ничем не помогал. Уши слегка заложило, я провела ладонью по лицу.

— Не было печали...

Минуту спустя, пока я, держась за крышу «Тахо», пыталась унять разболевшуюся голову, из подъезда выскочил давешний мужичок. Увидев меня и мою машину, он мгновенно побагровел.

— Бля-а-а-адь! — выдохнул он. — Опять ты?!

У этого типа явно были проблемы с головой, и не помешало бы попить транквилизаторов. Именно от таких уродов я сбежала подальше.

— Начинается... — я почти сплюнула.

— Ты еще и машину мне побила, тварь?! — он почти орал. К счастью, во дворе никого не было, да и вообще в округе царила привычная тишина спального района. — Да что за хуйня?!

— Не ори... — бросила я, снова разминая виски. В ушах снова начало пищать. Не дай бог, опять голоса послышатся.

— Ты мне еще тут пиздеть будешь! — рявкнул мужчиок и нагнулся, разглядывая ущерб «Нисану». — Сука, все помяла!

— Ничего не все, — я болезненно морщилась. Уши словно пронзила раскаленная игла, настолько сильным стал писк. — Хватит психовать.

Он запыхтел, словно готовый к корриде бык.

— Да ты охуела, — процедил мужичонка, подступая ко мне. — Вадимова сестра, да? Приперлась тут из Москвы и выебываешься!

— Ты без мата вообще не разговариваешь? — пробормотала я. Надо было поскорее избавиться от этого быдла и выпить таблеток...

«Вот сейчас я с тобой и с ним поиграю!» — проскрежетал голос брата, и тут же писк в ушах взорвался красной вспышкой боли, застлавшей глаза. Все тело сковал странный холод, тут же исчезнувший. Язык одеревенел. Но разъяренный мужичок, впрочем, ничего не заметил.

— А ты не выебывайся, еще раз повторяю! — заявил он. — Приехала на джипе, думаешь, перед тобой теперь все стелиться будут?! Мало ли, чего ты там в Москве насосала! Соседи тебя помнят, манда с ушами!

Я хотела что-то сказать, но сразу же забыла что. Губы не слушались, руки сами собой уперлись в бока. Я выпрямилась и гордо посмотрела на него. Чужие слова прозвучали сами собой, и я не сразу поняла, что говорю их:

— Может, и манда, да не про твою честь, быдлан. Чего выделываешься, недотрах замучил?

Такого он явно не ожидал, как и я сама. Ноздри у мужичка раздулись, губы злобно скривились.

— Ты вообще берега потеряла, я смотрю. Приперлась квартиру брата захапать, машины людям бьешь, да еще и борзеешь. Ты мне вообще денег должна теперь!

— Не дождешься, — я презрительно фыркнула, все еще чувствуя, что это делает за меня кто-то другой. — На всякое дерьмо денег не хватит.

— Не хватит, так заработай! — он делался все краснее и краснее, злое лицо стало почти свекольным. По виску пробежала капля пота. Это тоже было ненормально. Я смотрела и больше ничего не могла сделать. — Покрути своей жопой!

— Чего ты привязался к моей жопе? — сорвались с губ слова, и тут же на лице помимо моей воли появилась усмешка.

— Да потому что ты этой жопой думаешь, судя по тому, как ездишь! — он придвинулся ближе, и я почувствовала едкий запах пота. — Надрать тебе надо твою жопу! Или выебать как следует!

— Уж не ты ли ебать будешь? — с моих губ не сходила отвратительная усмешка. Я пыталась заставить себя замолчать, но ничего не получалось. В ушах все еще стояло эхо жуткого писка. — Боров потный!

Он ответил не сразу, и я вдруг заметила, как бьется вена у него на виске. Мужичок снова шагнул вперед, и я поразилась, каким дерганым, неестественным выглядело это движение. Черт, голос же сказал «с тобой и с ним»! С этим типом тоже что-то не то! Он только что был просто рассерженным быдлом, а сейчас превратился в ненормального! Нормальные люди так не разговаривают... не так, как мы оба!

— А ты типа сомневаешься? — надтреснуто прорычал он. — Прошмандовка московская!

— Может, тебе еще за машину натурой рассчитаться? — я встала спиной к дверце своего «Тахо», и он придвинулся совсем близко. Противный запах мужского пота чуть не заставил меня сплюнуть, но губы опять не слушались.

— А вот рассчитайся! — последние слова прозвучали как булькающий шепот.

— Размечтался, жирдяй... — мой голос казался до тошноты игривым.

— Добазаришься щас... — он снова зарычал. — Учить вас надо, блядей...

— Ну, научи...

Пощечина прилетела незаметно, хотя руку он поднимал все так же неестественно. Мужичок просто резко дернулся, и мою щеку обожгло болью. Удар был несильный и скорее обидный, даже след вряд ли останется. Рука машинально взметнулась к щеке. Он стоял и смотрел на меня совершенно безумными от ярости и похоти глазами. О нет... нет!

— Да... — сказали мои губы. — Вот так, скотина...

Он придвинулся совсем вплотную, прижимаясь брюхом под той же мятой футболкой. Что и утром. Потная пятерня вцепилась в мои роскошные волосы и оттянула назад. Ростом я была выше его на полголовы, и мужичок заставил меня наклониться вбок. Легкий толчок заставил вжаться спиной в дверцу, а в следующий миг его мокрые противные губы коснулись моих. Влажный язык проник в рот и сплелся с моим, назло моей собственной воле ответившим. Мы принялись сосаться с незнакомцем, пока его руки ощупывали мою грудь под пиджаком, потом сжались на попе.

Я хотела оттолкнуть его, заорать благим матом, но издавала только до омерзения сладострастный стон, позволяя лапать себя. Между ног стало тепло и влажно. О нет, нет, нет!

— Гладкая, сука... — прохрипел он, прервав поцелуй.

— Вонючка... — ответила я, почти сама.

— Тварь... — он снова рассвирепел и дернул меня за волосы. — А ну, пошли. Я тя поучу... у меня жена с детьми на даче! Никуда не денешься!

— Веди, паскуда... — криво улыбнулась я.

Не отпуская волос, он зашагал к подъезду. Шипя от боли, я поплелась за ним. Каким-то чудом нам удалось никого не встретить по дороге к лифту. Тусклая ламп

а под потолком коридора, старая краска на стенах — вот все, что я запомнила. Мы поднялись на лифте, потом щелкнул замок двери... он толкнул меня в прихожую и запер вход на замок. Я успела разглядеть фотографии мальчика и девочки лет десяти в рамке у широкого зеркала. В самом зеркале отразилась я, тяжело дышащая, раскрасневшаяся. Еще полчаса назад я бы не поверила, что буду так растеряна. Еще час назад я бы скорее побежала прочь, чем согласилась зайти в пошлую мещанскую прихожую с кичливыми обоями и дешевой мебелью. Я бы проблевалась от одной мысли о поцелуе с кем-то вроде него.

Но вот в зеркале отразился багровый от возбуждения и чудовищной злой мужичок. Он подошел сзади и обхватил меня руками. Грубые пальцы принялись мять грудь сквозь одежду. Я стояла, не шевелясь, неспособная сделать ровным счетом ничего. До чего все это было отвратительно, до чего кошмарно! Но я просто стояла, позволяя лапать себя, и только игриво закусила губу. Он заметил этот жест.

— Хороши дойки... — в спину что-то уперлось. — Ну-ка, шалава московская, потрогай его. Чувствуешь?

— Чувствую, мразота... — сладострастно прошептала я, ужасаясь себе. Моя рука скользнула за спину и вслепую нащупала плебейские шорты, в которых он выскочил на улицу. Оттянув резинку, я запустила руку под эти шорты и под трусы. Пальчики наткнулись на горячую плоть, окруженную волосами. В паху он явно не брил. Я обхватила напряженный член рукой и принялась водить ей туда-сюда. Он довольно заурчал.

— Пошла! — новый рывок за волосы, и я засеменила в сторону жилой комнаты. Он пихнул меня в спину, и туфли на каблуках позорно подвели. На самом пороге я оступилась и упала. Удалось затормозить руками о пушистый мягкий ковер. Я подняла голову. Гостиная. Телевизор, ноутбук на низком столике, шкаф-стенка... широкий кожаный диван. Неужели все случится на нем? Пожалуйста, остановите это!

— Падаешь, сука! — он вошел следом, и я, оглянувшись, с ужасом увидела в его руках кожаный брючный ремень. — Учить тебя надо!

— Давай... — простонала я, внутренне вопя. — Поучи меня.

И, словно играясь, изогнула спину, оттопырив свою и без того пышную задницу. Он поднял руку, и ремень обрушился на мою попку, обжигая невидимым огнем. Я громко выдохнула, на глазах выступили слезы. Боже мой, меня пороли! Меня пороли словно маленькую девочку! Или... или извращенку! И от этой мерзости между ног становилось горячее!

— На, мажорка ебаная! — он ударил снова, и боль накатила горячей волной. Я застонала громче. Он замахнулся еще раз. И еще. И еще. Удары спались не только на едва защищенную одеждой попку, но и на бока. На спину. Мне было больно, я чувствовала невероятное унижение, но не могла и слова сказать против. Только стонала и подвывала, как шлюха.

— О да! — сорвались с губ чужие слова. — Еще! Давай, пидорас жирный!

— Ах, сука!... — рыкнул он и отбросил ремень. Схватив за волосы, мужичок заставил меня подняться. — Вставай. Тварина, встать!

Я послушно поднялась, вся красная и громко, тяжело дышащая. Видок у меня явно был крайне соблазнительный, потому что бугор в его шортах и не думал ослабевать. Он отвесил мне еще одну пощечину, такую же легкую.

— Раздевайся, сука!

Непослушные руки тут же принялись расстегивать пуговицы пиджака и блузки. Внутренне крича, я сбросила верх, оставаясь в черном кружевном лифчике и брюках. Повозившись с застежкой, я расстегнула и брюки, потом спустила вниз, наклоняясь. Глядя на мою грудь, он охнул и нетерпеливо топнул ногой. Чтобы снять брюки, пришлось расстегнуть ремешок туфель, и я от них я тоже избавилась.

Вот я осталась в одном белье.

— Снимай! — приказал он и принялся стаскивать пропотевшую футболку. Я послушно расстегнула лифчик и стянула с плеч бретельки. Следом пришел черед трусиков, и он велел повернуться. Когда я снимала их, мужичок застонал, разглядывая мою раскрасневшуюся от ударов попку, спасенную одеждой от красных отметин, но теперь совершенно беззащитную.

Наконец, я осталась полностью обнаженной. Он стоял рядом в шортах, светя обвисшим пивным животом и неприятной волосатой грудью. Мне было бы противно даже дотрагиваться до такого мужчины. Но воспротивиться не было никакой возможности.

— На колени! — велел он, и я повиновалась. — Снимай с меня шорты. Зубами, сука!

И я послушно опустилась на колени, подползла к нему и вцепилась белоснежными зубками в резинку на грязных шортах. Хотелось реветь от обиды и унижения, но я просто потянула их вниз, обнажая волосатые ноги с жирными ляжками. Шорты поддавались плохо, однако удалось стянуть их до колен, после чего я вопросительно посмотрела снизу на мужичка.

— Трусы, — скомандовал он. Обвисший живот мешал, и я уцепилась за резинку его трусов сбоку. Их тянуть было еще сложнее. Господи, видел бы меня сейчас кто-нибудь! Голая роскошная баба так обслуживает какого-то увальня!

Мужик схватил меня за плечо и заставил выпрямиться. Теперь он стоял с полуспущенными трусами, и я смогла разглядеть волосатую мошонку. О нет, какой кошмар... Меня замутило. Стали заметны легкие опрелости. Он еще и мыться не любил! Грязный жирный урод! Нет, я не хочу!

Член смотрел мне в лицо.

— Поцелуй его! — велел мужик. Если бы я могла свернуть себе шею усилием воли, свернула бы. Но нет, я послушно подалась вперед, и мои чудесные пухлые губки, моя гордость, коснулись вонючей залупы. Я чмокнула его член как подругу в щечку. Он сладостно ахнул. — Хороша, сучка. Ну, говори, хочешь моего хуя?!

— Хочу... — хрипло, с желанием в голосе произнесла я. — Он такой вкусный...

— Проси, — велел он.

— Пожа-а-алуйста... — я выпрямилась и взяла руками свои груди, приподнимая их и демонстрируя. Благо, было что демонстрировать. — Я хочу поцеловать твой чудесный хуй, скотина. Чтобы ты наказал меня им. Я хочу покрутить на нем своей жопой. Ты ведь хочешь мою сладкую жопку?

— Я тебя всю хочу, шалава наглая! — он судорожно спускал трусы с шортами до конца.

— Я вся твоя... — я ущипнула себя за соски, внутренне матерясь, как портовый грузчик.

— Давай, — он встал передо мной, совсем теперь голый. — Пососи мне, стерва губастенькая.

Я тут же подползла к нему и, стоя на коленях, коснулась члена. Тот был вонючим, обрамленным курчавыми черными волосами горячим и не слишком большим. Я высунула язык и лизнула головку, заставив его охнуть. Коснулась залупы губами, погладила яйца рукой. Потом. Наконец, я обхватила головку губами и принялась медленно посасывать. Он запрокинул голову и положил руку мне на макушку, сгребая волосы между пальцами. Я приняла член чуть поглубже и все так же медленно сосала его. Мои губы скользили по горячей плоти, мой язык давил снизу, делая ощущения острее. Я двигала головой вверх-вниз, взад-вперед, с каждым разом заглатывая больше. Вот я уже по-настоящему сосала этот мерзкий вонючий хуй. Такой, как он, не мог и мечтать о минете от такой, как я, но это происходило! Меня воротило от его запаха, от его вида, но я послушно и исполнительно сосала.

— О-от та-ак... — рычал он. — Соси, шлюха жопастая! Пользуй свой блядский рот по назначению, а-ах... меньше будешь возбухать.

.. Соси, девочка моя, соси, дрянь такая... мне даже жена так не отсасывала...

Вдруг он дернул меня за волосы, и я едва не клацнула зубами. К счастью, обошлось, и я просто вынула член изо рта и посмотрела на него снизу вверх.

— Нравится, блядь московская?

— О да... — простонала я. — Накажи меня, сладкий!

Он шагнул к дивану и потащил за собой. Я проследовала за ним на четвереньках. Он плюхнулся на сиденье и расставил ноги.

— Как зовут? — спросил мужик.

— Марина, — ответила я, и губы предательски дрожали. То ли мне удавалось передать свое реальное отчаяние, то ли тело предвкушало дальнейшие измывательства.

— Ну-ка, Марина-блядина, оближи мои яйца.

И тут я не перечила. Наклонившись, я взяла рукой напряженный член и, поглаживая, отогнула вверх. Тяжелые волосатые яйца казались отвратительными. Но я сказала:

— Какие сочные...

— Давай-давай, — велел он. Я высунула розовый язычок и провела им по яйцам, вызвав одобрительное урчание. Пришлось ткнуться лицом прямо в его волосатую прелую мошонку, но я вновь облизала их, набухшие, горячие, чуть солоноватые. Я вылизывала его яйца, нюхая пот и выделения, а мужик повторял, словно в бреду: — Давай, тварь, давай... будешь знать, как дерзить. Будешь знать, как машины бить... Соси их! На меня смотри!

Я послушно взяла в рот одно яйцо и принялась осторожно посасывать, глядя снизу на его красное полубезумное лицо. Уверена, даже если с ним случилось то же, что со мной, даже если он потерял контроль, то сейчас получал удовольствие. Я принялась за второе яйцо, потом за оба сразу. Он блаженствовал, держа меня за волосы.

— Вот так... — он сглотнул. — Нравится?

Я не сразу отдышалась, когда разрешили остановиться. Тяжело сглатывая, я пробормотала.

— Ты такой вкусный, зайчик...

Большего вранья я не говорила ни разу в жизни. Стоя на коленях, закусив губу, с прикрытыми глазами и растрепанными волосами, совсем голая, я сейчас выглядела, пожалуй, мечтой любого самца. А повелевало мной... это.

— Вкусный? — он сипло рассмеялся. — Ну, тогда попробуй все на вкус. Лижи мне очко, сука!

Он шире расставил ноги и задрал их, неловко устраиваясь на диване. Волосатая задница приподнялась. Нет! НЕТ!!! Все что угодно, но только не это! Мне хотелось биться в истерике. Я никогда, никогда такого не делала по своей воле! Я не прикоснусь к его заднице...

— Сейчас я пощекочу тебя язычком, сладкий... — выдохнула я и, встав на четвереньки, придвинулась ближе. Его зад вонял смесью пота, опрелостей и чего-то, о чем думать не хотелось. Я тронула его волосатые ягодицы, раздвинула их. Кольцо сфинктера было узким, коричневым. Я подалась вперед, глуша рвотный рефлекс. Язык скользнул между его булками, коснулся туго сжатой плоти.

— О-о-ох... — простонал мужик. — Вот так, Мариночка, сучка, лижи мою жопу!

И я лизала, водя языком во все стороны, пытаясь запустить его глубже. Сфинктер чуть расслабился, и я попыталась, насколько смогла, просунуть язык дальше. Я облизала внутреннюю поверхность его ягодиц, я поцеловала их, вызвав одобрительный вздох.

— Молодец, жополизка московская...

Наконец, сеанс унижения закончился... отчасти. Он велел мне отстраниться и опустил ноги на пол. Я снова стояла на коленях, послушно ожидая продолжения.

— Ну что, Маринка, понравилось тебе моя жопа?

— Да... понравилась, зайчик.

— Ну, тогда пришла очередь твоей жопы. Становись раком!

Руки все-таки задрожали, когда я послушно встала на четвереньки прямо на ковре посреди комнаты. Он обошел меня, надрачивая член, посмотрел на отвисшие крупные груди, на маняще выставленный зад, на мой вопрошающий взгляд.

— Драли тебя в очко, сука? — спросил он.

— Да... — тихо ответила я.

— Еще бы! — он шагнул куда-то в сторону. — Такую роскошную жопу грех не распечатать...

Когда мужик вернулся, в его руке был тюбик с каким-то кремом.

— Намажь меня, — он протянул тюбик мне. — Для себя старайся.

Я послушно выдавила крем и принялась намазывать его на напряженный мокрый член. Мой мучитель стоял и сладостно стонал, когда я невольно ласкала его руками. Наконец, все было готово. Он обошел меня сзади и опустился на колени.

— Хочешь в очко, Маришка? — вопрос прозвучал почти ласково.

— Хочу! — ужасаясь себе, простонала я. — Вставь свой хуй в мой сладкий попец!

— Как ска-а-ажешь, у-ух... — он принялся водить член в мою задницу. Хоть прибор его и не был таким уж крупным, я почувствовала все до последней капли. Словно раскаленная кочерга вдруг оказалась в попке. Руки подогнулись, и я упала лицом в ковер. Боль пульсировала внутри, отдаваясь внизу живота пошлым, невозможным сладострастным томлением. Мне не могло это нравиться, но тело и тут не слушалось. Лежа лицом вниз, я ощутила, как он задвигался. Раскаленный поршень заходил внутри. Ему было хорошо. А я только дрожала, не смея двинуться с места, и подмахивая попкой.

Он громко пыхтел, трахая меня, и резко неуклюже двигался. Я тяжело дышала и при каждом толчке, загонявшем член глубже, вскрикивала с пошлой похотливостью. Мужские пальцы жадно сжимали мои пышные ягодицы. Боль и унижения слились в слаженно работающий механизм анального изнасилования. Я не сразу расслышала, что он бормочет:

— Нравится, сука, нравится?... Получай в свою сахарную жопу... таких, как ты, надо ебать... шмара московская...

Хотелось до крови закусить губу, чтобы унять боль и ужас, что царили сейчас в моей голове. Но ставшее чужим тело снова все сделало еще хуже.

— А-а-ах, да, еби меня, сладкий, еби!

— Тварь... — рычал он, двигаясь все быстрее, все хаотичней, словно бился в припадке. — Я тебя захотел, еще когда увидел днем! Чистенькая, ухоженная, жопой туда-сюда! И вот я ебу тебя в эту жопу, нравится?!

— О да-а-а... — стонала я, словно актриса в порнухе. — Мне так больно! Так хорошо!..

Внезапно насильник замер, и я замерла вместе с ним. В ушах опять запищало, и на мгновение появилась надежда, что я снова обрету контроль над собственным телом. Но нет, кошмар продолжался. Он отодвинулся, и я с облегчением ощутила, как член выходит из попки.

— На спину, сука! — была команда, и я, как машина, перекатилась на спину. Теперь я лежала на ковре, раскинувшись перед красным, потным мужиком с напряженным членом, смотревшим мне в живот. — Проси, чтоб я тебя выебал в пизду!

— Давай, сладкий... — простонала я. — Вставь мне как следует! Научи меня, что такое настоящий мужик!

И вот он, бешено хрипя, навалился сверху, раздвигая мне ноги. Потная рожа нависла сверху, тело придавил его волосатый живот. Мои нежные бедра почувствовали, как их грубо хватают мужские руки. Рот раскрылся в беззвучном крике, когда он вошел в меня, предательски мокрую и готовую.

— У-у-у-ух! — простонал насильник и начал двигаться. Член заходил во мне, горячий, мокрый, заставляющий ужасное и противное томление внизу распаляться все сильнее. Потная туша дергалась, елозила сверху, а я лежала и смотрела на отвратительного мужика, которого еще утром не подпустила бы к себе. При этом тело издавало похотливые стоны, руки сами собой потянулись и обняли его за плечи, оставляя царапины на спине, когда особо резкое движение загоняло член глубже.

Так он и достиг апогея: трахая податливую, на все согласную меня. Шикарная Марина лежала перед незнакомцем, раскинув ножки и впуская в себя немытый член, и при этом прижималась к невзрачному мужичку всем телом, шепча несусветно глупые пошлости.

— Я вся твоя, вся твоя. Сладкий... еби меня, как хочешь, когда хочешь!..

Наконец, он застонал и резко вышел из моей киски. Я поняла, что дрожу, когда он встал на колени и плюхнул член мне на грудь.

— Заставь меня кончить! — выл мужик. — Отдрочи мне своими роскошными сиськами!

Я уже прижалась к горячему поршню грудями, сжала их ладонями и изогнула спину. Он тут же принялся двигать тазом, трахая еще и мои чудесные «дойки», как сам сказал. На несколько минут мы замолкли, и только тяжелое дыхание выдавало взаимное возбуждение двух тел. Мужичок продержался недолго. Ласкаемый грудью, он вдруг выпрямился и широко открыл рот. Напряженный член покинул ложбинку между грудями, и тут же прямо мне в лицо брызнула сперма. Горячая и вязкая, она попала на щеки, в едва успевшие закрыться глаза. В тот же миг мужик захрипел и начал сползать с меня. Машинально я поднесла руку к лицу, чтобы стряхнуть сперму, и та послушалась.

— Ой... — произнесла я секунду спустя, когда пришло понимание. — Ой...

Я снова владела собственным телом. Неужто оргазм насильника освободил его жертву?!

Я резко села и посмотрела на упавшего набок мужичка. Глаза его были широко раскрыты, рот раззявлен. Мой насильник тяжело дышал и смотрел в пустоту. Изо рта на мягкий ковер стекала тонкая струйка слюны.

«Умирает, что ли?!» — метнулась испуганная мысль. Я неловко поднялась на ноги. Контроль над телом и впрямь вернулся. Поискав тряпку, я вытерла лицо его футболкой. Мужичок все так же лежал, громко, но ровно дыша. Казалось, он просто спит с открытыми глазами. Первой мыслью было попытаться помочь, может быть, позвонить в «скорую». Но тут я вспомнила, что стою посреди чужой квартиры абсолютно голая... и поиметая во все дырки.

«К черту!» — подумала я, натягивая сброшенную недавно одежду. Надо было просто убираться отсюда. Ключи оказались в замке...

Продолжение следует?

Пишите мне =)


22080   0  Рейтинг +7.6 [21]

Добавить в избранное
  • Пожаловаться на рассказ

    * Поле обязательное к заполнению
  • вопрос-каптча

Оцените этот рассказ:

Комментарии (4)
  • Mr.+Page
    31 августа 2017 16:16

    Очень забавно. Легко читается и веселит. Много лишних деталей, как по мне, и мало нужных описаний. Диалоги тоже скудненькие, но почему-то это их не портит. Перед глазами отлично складывается картинка такого вот забавного пиздеца. В общем, мне понравилось, поставил 9 баллов.

    Ответить

  • isma2004
    31 августа 2017 23:10

    Да, рассказ хороший и читается с наслаждением. Жду продолжения. Спасибо.

    Ответить

  • %E02
    а2
    1 сентября 2017 11:44

    Красиво очень)

    Ответить

  • %C0%ED%ED%E0+%C1%E0%EB%EA%EE%ED%F1%EA%E0%FF
    8 августа 2018 10:33

    Мне нравится)

    Ответить

Пользователь
  • Комментировать рассказ

    * Обязательное поле
  • Пример

Последние рассказы автора Китти

Это я, Катичка: Русская герл
Меня зовут Катя. Фамилию знать необязательно. Я хочу рассказать об одном случае, что навсегда изменил мое отношение к сексу.Мне 25 лет, и я русская девушка, которую многие считают красивой. У меня хорошая фигура, длинные стройные ноги и довольно-таки шикарная попка, очень нравящаяся мужчинам....

Читать далее...

Просмотров38392   Рейтинг +7.1 [34] оценка   Комментарии 3

стрелкаВсе статьи 8641

стрелкаОтветы на вопросы 3693

стрелкаТехника секса 3237

стрелкаСекс и отношения 2286

стрелкаСекс и здоровье 1226

стрелкаРазные виды секса 1212

стрелкаЖенское тело 774

стрелкаМужское тело 439

стрелкаВсе для секса 398

стрелкаКонтрацепция 187

стрелкаКамасутра 66

стрелкаВенерическое 64