Комментарии ЧАТ ТОП рейтинга ТОП 300

стрелкаНовые рассказы 53887

стрелкаА в попку лучше 7888

стрелкаБисексуалы 2404

стрелкаВ первый раз 3050

стрелкаВаши рассказы 2816

стрелкаВосемнадцать лет 1096

стрелкаГетеросексуалы 6310

стрелкаГомосексуалы 2504

стрелкаГруппа 9248

стрелкаДрама 820

стрелкаЖена-шлюшка 629

стрелкаЖено-мужчины 1416

стрелкаЗапредельное 830

стрелкаИзмена 7047

стрелкаИнцест 6414

стрелкаКлассика 49

стрелкаКуннилингус 977

стрелкаЛесбиянки 3701

стрелкаМастурбация 757

стрелкаМинет 9125

стрелкаНаблюдатели 5179

стрелкаНе порно 738

стрелкаОстальное 701

стрелкаПеревод 459

стрелкаПереодевание 718

стрелкаПикап истории 307

стрелкаПо принуждению 8141

стрелкаПодчинение 4446

стрелкаПожилые 695

стрелкаПоэзия 1044

стрелкаПушистики 98

стрелкаРассказы с фото 279

стрелкаРомантика 3844

стрелкаСвингеры 1853

стрелкаСекс туризм 259

стрелкаСексwife & Cuckold 1145

стрелкаСлужебный роман 1801

стрелкаСлучай 7629

стрелкаСтранности 2315

стрелкаСтуденты 2567

стрелкаФантазии 2425

стрелкаФантастика 1247

стрелкаФемдом 394

стрелкаФетиш 2538

стрелкаФотопост 577

стрелкаЭкзекуция 2568

стрелкаЭксклюзив 162

стрелкаЭротика 954

стрелкаЭротическая сказка 2053

стрелкаЮмористические 1105

3 минуты
Категории: Измена, Странности, Фантазии, Фетиш
Автор: Руслан & Людмила Адамовы
Дата: 22 июня 2018
  • Шрифт:

Картинка к рассказу

Я проснулся без трех семь.

Как всегда, за три минуты до того, как зазвонит будильник.

Выглянул в окно. Ровно в семь Алексей со старшим сыном вышли из соседнего подъезда и направились к машине. По ним часы можно было сверять!

Пиликнула автосигнализация. Хлопнула пассажирская дверь, через пару секунд дверь водителя. Зажглись белые огни заднего хода, чередуясь с красными стоп сигналами. Машина вырулила на дорогу, и в последний раз мигнув красными глазами, уехала прочь.

Прошло еще три долгожданных минуты. Но мы так условились, на всякий случай, вдруг они зачем-то вернутся? Я судорожно сглотнул и замер в ожидании этих трех минут, пока не загорелся мобильный.

СМС: «Приходи, мы ждем!».

Наспех накинув куртку на плечи, бегу сломя голову в соседний подъезд, озираясь, юркаю в железную дверь, словно вор. Поднимаюсь на первый этаж. Направо. Квартира 40. Дверь для меня не заперта. Аккуратно нажимаю дверную ручку вниз и приоткрываю дверь.

В квартире душно, после морозной улицы в лицо ударяет волна теплого воздуха и разнообразных запахов: пахнет ребенком и мамой, домом, теплом, уютом, молоком, стиранными пеленками. Из комнаты слышу как агукает малыш.

Скинув куртку на пол и стянув ботинки потихоньку вхожу в комнату.

Она сидит на краю дивана и держит в вытянутых руках младенца, обхватив его ладонями под мышками, что-то негромко говорит ему на его бессвязные детские лопотания. Его еще слабенькие ножки ерзают, упираясь в ее бедра, топчут подол халата, пока он не спадает с колен, обнажая ее плотные белые ноги.

Я судорожно сглатываю, ощущая как скользнул под кожей горла кадык и сгибая ноги в коленях сажусь на пол, опираясь об открытую межкомнатную дверь. Она видит меня, но делает вид, словно меня нет в комнате, а малышу и вовсе нет до меня никакого дела. Ведь он голоден и требует молока, в его голосе уже слышатся капризные нотки.

— Сейчас, сейчас миленький, — нежно произносит его мама, и, бросив на меня быстрый взгляд, убирает с лица выбившуюся прядь волос. Она освобождает от халата правое плечо, стягивая его до локтя, пока не показывается круглая, налитая молоком молодая грудь, с большим, бледно-розовым, местами покрытым вздутыми венами, ареолом. На кончике соска уже набегают, цедятся нетерпеливые капельки молока, и срываются вниз, куда-то под халат.

Она кладет младенца на предплечье, и подносит его пухлые губки к соску. Едва ощутив запах, младенец затихает и уже сам тянется, втягивая жадным ротиком крупный сосочек себе в рот. Она легонько вздрагивает от этого, я знаю, что сейчас, когда груди наполнены ночным молоком, соски ее наиболее чувствительны. Малыш причмокивая насыщается и наконец она переводит на меня взгляд. Я не знаю, что в ее взгляде такого, но теперь не могу от него оторваться, в нем какой-то призыв, который заставляет меня каждое утро приходить к ней в одно и то же время и созерцать процедуру вскармливания младенца. В это взгляде есть жажда и порок, похоть и власть, желание и испуг. Она облизывает пересохшие губы не сводя с меня своих зеленых глаз. Моя рука уже давно в плавках, холодные пальцы нащупали горящую огнем твердую плоть. Подушечкой большого пальца я вожу вокруг мокрой и скользкой головки, но мой голодный взор прикован к Ней. Я жду. Мы оба ждем. Ждем, когда насытится малыш. И потом мне будет дозволено...

Ребенок отклонил голову и сосок выскользнул из его рта, несколько капель молока брызнули на румяную детскую щечку. Она вновь пытается дать ему грудь, и он берет ее, но уже вяло, усталыми губами, глядя на маму осоловелыми глазами. Младенец засыпает.

Она склоняется над ним, прядь волос вновь выскальзывает у нее из-за уха, скрыв от меня, то, что я знаю и так: она поцеловала его в щеку и поднялась, чтоб уложить спящего в кроватку.

Я сижу, не шелохнувшись, и жду КОМАНДЫ!

Немного поворковав над заснувшим младенцем она выпрямляется и потянувшись, поворачивается ко мне.

Она подходит медленно и грациозно, кошачьей поступью, ее босые мягкие ноги бесшумно касаются ворсистого ковра. Распахнутый, висящий на плечах халат манит созерцать лишь малую часть ее неприкрытого тела: шею, углубление между холмами грудей и сами колышущиеся груди, большей частью сокрытые под халатом, круглый живот, не сошедший еще после родов, который словно меридиан пересекала посередине темная полоса, проходящая через углубление у пупка и уходящая под светлые бежевые трусики,

Еще два шага и она рядом. До меня доносится запах ее тела, запах постели, грудного молока, и томимого женского желания, пульсирующего под ее трусиками, в нескольких сантиметрах от моего лица.

Ее теплые руки обхватывают мой затылок и притягивают к себе, с силой вдавливая лицо в трусики внизу живота. Я ощущаю, как трепещет от этого прикосновения ее тело, вдыхаю ее таинственный запах, чувствую под мягкой тканью жесткий мох волосиков на лобке. Она трется о меня, расставив пошире бедра и немного присев, чтоб касаться моего лица тем самым источником ее страсти, тем очагом, в котором нарастает неистовая буря ее желания.

Ее хват слабнет, и пропустив пальцы под волосами на затылке она тянет меня за них, приказывая следовать за ней. И я ползу за ней на карачках, словно пес за своей хозяйкой.

Халат спадает у ног и сев на край дивана, она манит меня к груди. Правая грудь менее наполнена и заметно провисает, по отношению к левой, еще полной горячего молока, еще не распечатанной после беспокойной ночи. Мои губы касаются правого соска, того, который несколько минут назад сосал малыш. Я всегда доедаю после него. Сосок твердый и скользкий и нужно приноровиться, чтоб удержать его во рту и высасывать из него молоко. Мне это удается, и горячая жидкость наполняет мой рот. Иногда я, увлекшись, слишком сильно сдавливаю ее сосок, она вздрагивает и ее пальцы сжимаются на волосах у меня на затылке, но тут же она еще сильнее прижимает меня к уже мягкой, почти опустошенной груди, требуя сосать дальше.

Закончив кормить меня одной грудью, она тянет меня на диван, тянет меня к себе, тут же хаотично снимая с меня и себя одежды. Я откидываюсь на подушке ее мужа, ощущаю, как она пахнет чужим мужским лосьоном. И едва мысль, что я в чужой постели, с женщиной, принадлежащей чужому мужчине, женщиной, кормящей на моих глазах ребенка от этого мужчины, начитает будоражить меня, как тут же рассеивается в тумане, потому как горячие женские губы обхватили головку моего члена, и она начинает посасывать его, втягивая глубоко в рот, так же, как я недавно делал с ее соском.

Когда я выныриваю из небытия, из этого сладкого морока, то уже ощущаю, как она скачет на мне в позе наездницы, мой взгляд упирается в беспорядочно колышущиеся груди с которых стекают ручейки молочных капель. Ее длинные волосы спадают на лицо и она, собрав их в пучок, держит двумя руками на затылке. Я хочу привстать на локте, чтоб напомнить ей про презерватив, но она пресекает эти одним своим взглядом. Она сдерживает стоны, крепкой стиснув зубы, чтоб не разбудить малыша, но дается ей это с большим трудом. Диван поскрипывает и его подлокотник глухо и монотонно бьется о стенку. Но сытый малыш спит сейчас очень крепко, все эти звуки не мешают его младенческому сну.

Сжав пальцами сосок левой груди, а ладонями саму, пока еще наполненную грудь, она выдавливает струйку молока и направляет ее на мои губы. Раз за разом она орошает мое лицо, грудь и живот тонкими жирными струями, тут же склоняясь и слизывая их, затем целуя меня в губы, и ни на миг не прекращая погружать в себя мой член. Это продолжается до тех пор, пока левая грудь не становится пустой, о чем свидетельствуют последние капли, выдавливаемые ей с бардового припухшего соска. Теперь обе ее груди потеряли форму и напоминают опустошенные сосуды, но пылающие бордовые соски, со вздутыми венками, словно глаза, требуют продолжения своим порочным взглядом.

Она, сжав меня бедрами, чтоб не выскользнуть, поворачивается вместе со мной на бок, а затем переворачивается на спину. Теперь я оказался сверху нее. На несколько минут мы крепко прижимаемся друг другу влажными от пота и молока телами. Молочно-сливочный запах грудного молока и запах наших разгоряченных тел, наших желаний перемешались и будоражат мысли. Она начинает движения, сначала медленно, затем все наращивая темп. Я уже на грани.

— Нужно надеть презерватив.

— Нет!

— Я вот-вот и кончу!

— В меня!

— Ты что?! Я не смогу! Нельзя!

— Можно! Я... ска... зала... в... ме... ня!!! — ее пятки крепко держат мои ягодицы, что вырваться невозможно, и не в силах больше сдерживаться я раскрываю плотину и изливаюсь в нее, густыми живительными струями, наполняя ее раз за радом и содрогаясь от конвульсий... перед глазами мелькают разноцветные расплывчатые кружочки, как в калейдоскопе и я проваливаюсь в блаженство...

***

... густые струи выплескивались из возбужденного члена в плавки, на простынь, на одеяло. Когда я вынырнул из дремы, подо мной уже расползалось влажное пятно, а в воздух витал терпкий запах спермы.

— Черт! — процедил я сквозь зубы откидывая одеяло. — Опять эти чертовы поллюции. Уже не серьезно в 30 лет в трусы кончать от сновидений! Срочно надо себе подругу найти!

Часы показывали без трех семь.

Как всегда, за три минуты до того, как зазвонит будильник.

Стянув мокрые плавки, я пошел на кухню и мимолетно выглянул в окно.

Ровно в семь Алексей — муж моей декретной коллеги из соседнего подъезда, со старшим сыном вышли из соседнего подъезда и направились к машине. По ним часы можно было сверять!

Пиликнула автосигнализация. Хлопнула пассажирская дверь, а через пару секунд дверь водителя. Зажглись белые огни заднего хода, чередуясь с красными стоп сигналами. Машина вырулила на дорогу, и в последний раз мигнув красными глазами, уехала прочь.

Потоптавшись еще пару-тройку минут у окна в темноте кухни и приходя в себя от сна и вызванных им поллюциями, я побрел в душ, смывать следы казуса и стирать плавки.

За моей спиной бесшумно загорелся экран оставленного в кухне мобильного.

На экране светились три слова.

«Приходи, мы ждем!».


31094   0   Рейтинг +7.16 [26]

В избранное
  • Пожаловаться на рассказ

    * Поле обязательное к заполнению
  • вопрос-каптча
Комментарии 10
Зарегистрируйтесь и оставьте комментарий

Последние рассказы автора Руслан & Людмила Адамовы